Признав два сепаратистских региона Грузии, Россия силой перекроила карту Кавказа. Тем самым она также нанесла несоизмеримый урон самой себе.

Кризис на Кавказе быстро усугубляется. Европейские правительства могли надеяться на то, что соглашение о прекращение огня, достигнутое через два дня после начала вторжения России в Грузию, в конечном итоге сработает. Американские политики, вероятно, отвлеченные периодом съездов у них в стране, могли предположить, что Россия удовлетворится фактическим контролем над Абхазией и Южной Осетией. Как бы не так.

Признание президентом Медведевым требований независимости двух провинций так же провокационно, как изначальное вторжение. Его готовность к новой холодной войне носит безрассудный и оборонительный характер. По мере того как появляются свидетельства непрекращающихся "этнических чисток", осуществляемых южноосетинскими военизированными группировками, отношения между Россией и Западом входят в самую опасную фазу с 1991 года.

На этом фоне вчера Дэвид Милибэнд полетел в Киев, чтобы заверить Украину, что Великобритания поддерживает ее "демократический выбор", что бы ни делала Москва. Он добавил, что Россия стала "более изолированной, вызывающей меньше доверия и уважения", чем до вторжения в Грузию.

Это правда. Западные правительства едины в своем осуждении признания Москвой двух самопровозглашенных регионов. Единственная страна, которая может признать их, это Белоруссия, которая уже находится в состоянии российского вассала. Россия также была демонстративно не допущена на телеконференцию министров иностранных дел "большой семерки". "Большая восьмерка", принадлежностью к которой Владимир Путин так гордился, уже сокращает свои ряды.

Но Россия по-прежнему довольна тем, как разворачиваются события. В практическом смысле та цена изоляции, которой Запад грозит Москве за вопиющие нарушения международных границ, законов и норм, пока является ничтожной. Так и будет, пока Милибэнд и его коллеги говорят о членстве Грузии и Украины в НАТО, а не о конкретных шагах в этом направлении. Поэтому цена изоляции России должна быть повышена.

От Кодорского ущелья, создающего естественную границу Абхазии с остальной частью Грузии, до новых постов "миротворцев", созданных российскими войсками недалеко от Тбилиси, у Москвы есть явное тактическое преимущество. Ее 58-я армия разрушила большую часть военной инфраструктуры Грузии. Она может продолжить наносить удары по ее остаткам и закрывать вновь захваченные территории от журналистов, не опасаясь ответных военных действий.

Это та реальность, которая позволила генералу Анатолию Ноговицыну выступить с предупреждением, что любая атака в адрес Абхазии и Южной Осетии будет рассматриваться как объявление войны России. Медведев тоже едва ли проявил больше сдержанности. Он выступил с угрозой военного возмездия в адрес Польши и Чехии за согласие разместить на своей территории системы ПРО США, и неоднократно повторил, что не боится возвращения холодной войны.

Но ему стоит опасаться. Как и его предшественник, Медведев любит говорить, что в предыдущей холодной войне не было победителей. Он ошибается. Россия проиграла в этом конфликте и потеряла свою империю. Ее экономика, очевидно, стала выздоравливать, но ее лидеры умышленно не замечают рисков, следующих из попыток силой восстановить свою гегемонию в регионе.

Процветание и сила России, которыми она, похоже, решила злоупотребить, полностью проистекают из ее интеграции с остальным миром. Вот почему угроза изоляции может возыметь успех. Стоимость ценных бумаг на московской фондовой бирже уже существенно понизилась. В дальнейшем отток капитала увеличится, и внутренние инвестиции пострадают из-за продолжающейся безрассудной политики России.

Вместе с тем, ограничения по визам для министров и олигархов могут оказаться необходимыми. И если Украина и Грузия еще не готовы к полноценному вступлению в НАТО, то их лидеры должны, по крайней мере, получить последовательную поддержку на высоком уровне, к которой они стремятся. Колебания лишь сделают ситуацию еще более опасной.


"InoPressa"